Людмила Калиновская

            Г.Петропавловск-Камчатский

             ПОЧТОВЫЙ   РОМАН

Наташа проснулась среди ночи оттого, что ей мешал свет.
Она открыла глаза: в большой комнате было светло, и через открытую дверь свет попадал в спальню. Наташа поднялась с постели, подошла к выключателю и погасила лампу. Она легла, и с чувством облегчения, уснула. Наконец, она может спать без света, в темноте. Страх, который преследовал её, просто исчез.
У Наташи был очень трудный год – совсем неожиданно умер муж. В свои двадцать семь лет она была счастлива в своем браке. Муж был при хорошей должности, уважаемый человек в их небольшом городке, сама Наташа работала в страховом агентстве начальником финансовой службы. Подрастал сынишка, будущий первоклассник.
Единственным черным пятном в их жизни было то, что муж ревновал Наташу без всякого повода и на этой почве иногда ходил хмурым. И Наташа всегда удивлялась этой беспричинной ревности. Она не красилась, не делала модных причесок. Она просто и красиво одевалась и имела длинные волосы, которые закручивала на затылке.
Наташа была яркой брюнеткой с зелеными кошачьими глазами, маленьким красивым носиком и густыми черными бровями. Но губы, подкрашенные розовой помадой, выглядели очень привлекательными. Наверно, они и сводили с ума некоторых мужчин, как казалось её мужу. И она была молода!
В тот злополучный день Наташи не было в городе, она уехала в краевое управление на семинар, взяв с собою сынишку, который рад был встретиться со своим двоюродным братом. Гостиница не нужна была, у сестры была большая квартира, и Наташа вечерами сидела с сестрой за чашкой чая.
Неделя подходила к концу, семинар тоже завершал свою работу. В перерыве Наташу пригласили к начальнику. Он очень внимательно, с тревогой в глазах смотрел на неё. Сердце её сжалось, и она поняла, что случилось что-то страшное. Начальник был умным человеком, но и он не мог так просто сказать о том, что случилось.
Наконец, он вымолвил: - Наташенька, у вас случилась беда, у вашего мужа был сердечный приступ.
- Что случилось, да говорите же!
- Вам надо крепиться, такое к несчастью бывает, я очень сожалею, но он умер.
От услышанных слов, Наташа словно онемела.
 Горе закружилось над её головой, как чёрный ворон над упавшей жертвой.

Целый год Наташа не могла придти в себя после похорон мужа. Маленький сынишка постоянно спрашивал о том, когда же папа приедет с командировки? Да и сама Наташа начала верить в то, что «командировка» затянулась.
На работе решили выделить путевку для лечения нервной системы. Наташа согласилась и поехала на курорт. Смена обстановки, общение с новыми людьми, другой город, всё вселяло надежды на выздоровление. Был июль, стояли жаркие дни.

Приехав на место и устроив все необходимые дела, Наташа занялась назначенными процедурами. После процедур, она находила себе удобное местечко, и загорала на солнышке, читая книгу. Иногда она вязала. Компанию ей составляли её соседки по столу. Наташа не заводила знакомств и не искала развлечений вроде тех, которые всегда имеют место быть на курортах. Город был ей знаком, здесь жили друзья её родителей, здесь она бывала когда-то с мужем. Она ходила в гости, или иногда гуляла по тихим вечерним улицам города и думала о своей жизни, о сыне, о родителях и о том, что она такая еще молодая, но уже овдовела.

В один из таких вечеров к Наташе подошел уже не молодой, но на вид очень серьёзный мужчина. Он не был красавцем, но его черные, как ночь глаза, почему-то были печальны. Наташа видела его на процедурах, поэтому не удивилась и не напугалась.

Мужчина представился Андреем Петровичем и попросил разрешения присоединиться к Наташиной прогулке. Ему было под пятьдесят, он был деканом пединститута.
С этого момента Наташин отпуск превратился в сказку – романтическую, волшебную настоящую сказку.

Незаметно для себя, Наташа рассказала Андрею Петровичу про своё горе, про маленького сынишку, про все свои переживания и на всё это получила такое взаимопонимание, о котором читала только в романах.
Всё свободное время они были уже вместе. Но это не были отношения мужчины и женщины, которые ищут близости при удобном случае. На это не было и намека. Время было заполнено прекрасными мгновениями простого человеческого общения. Андрей Петрович договорился о том, чтобы процедуры по времени совпадали и тем самым они могли спланировать своё свободное время. Они ходили в кино, в театр, в парк, который тянулся вдоль красивой изумительно-чистой сибирской реки.
Андрей Петрович был прекрасным собеседником, знал литературу, понимал музыку, искусство. Они очень много говорили о литературных героях, о жизни писателей, композиторов, поэтов, о прекрасной музыке.
Наташа находила много общего в этом немолодом уже человеке, а он очень трепетно, по отцовски, относился к ней. Всё это так притягивало к нему молодую женщину, что она каждую встречу ждала с особым волнением. И ни разу не почувствовала ни одного намека на свое женское достоинство.
Вечерами они ходили на танцплощадку под открытым небом, где играл духовой оркестр, и танцевали. Андрей Петрович был великолепным танцором.
Но день заканчивался, и пора было расставаться. Андрей Петрович провожал Наташу до её корпуса, брал её руку, и красиво кланяясь, целовал и желал спокойной ночи.
Как на каждом курорте, так и здесь, было много молодых людей. Женщины встречались, влюблялись, при расставании плакали.
На Наташу смотрели с удивлением, что же она интересного нашла в пожилом кавалере. И не понимали, что не физическая близость нужна была ей в тот момент, а духовная пища, способная вылечить и поставить снова на ноги.
Андрей Петрович прекрасно это понимал и оберегал молодую женщину, которая стала оживать, и для которой жизнь заиграла симфонией любви и радости.
Время их лечения неумолимо приближалось к концу.
Время неумолимо бежало вперед, оставляя в воспоминаниях всё то, что происходило с Наташей здесь, на курорте.
Андрею Петровичу ещё целую неделю надо было проходить назначенные ванны, грязи, солярий. Потом он уезжал в свой город, где его ждали родные, близкие, его работа.

Перед самым отъездом Наташи, случилась прогулка на катере по реке. Была остановка на одном из живописных берегов. Играли в волейбол, пили чай, мужчины пили водку, женщины – вино. У одного отдыхающего был аккордеон, который он взял в местном прокате. Пели песни, в общем, было очень весело. Суетился фотограф, делая последние снимки на память.
Наташа не успевала получить готовые снимки, она уже уезжала домой, поэтому попросила Андрея Петровича забрать их и переслать ей по почте. Он любезно согласился выполнить её просьбу.
В день отъезда, Андрей Петрович проводил Наташу на вокзал и сказал на прощание много теплых и красивых слов. Сказал, что она очаровала его своим достоинством, умом и красотой. Затем на прощание, он обнял её за плечи, притянул к себе и, теребя её прекрасные волосы, сказал, что желает ей счастья от всей души, чтобы она своё золото не меняла на девальвированную валюту, так как она достойна быть счастливой.
Перрон остался где-то вдалеке, а поезд нёс Наташу в ночь, к её сынишке, к её маме, к её дому. Ей не хотелось верить, что всё прекрасное закончилось.
Началась обычная провинциальная жизнь. Однажды в почтовом ящике она обнаружила конверт, в котором было письмо от Андрея Петровича и фотографии.        Письмо было сногсшибательным. В нём было всё – тоска и вдохновение, печаль и радость. Всё смешалось сразу.

Он писал о том, как было ему тоскливо и одиноко после Наташиного отъезда. Какие там танцы, не до них! Женщины стали посмеиваться – подруга уехала, нужна замена! Кое-как дотянул эту неделю, получил фотографии и, наконец, уехал домой. Дома жена, два взрослых сына и маленькая очаровательная внучка Дашка.
Так началась эта переписка, которая длилась почти десять лет.
Наташа знала о его семье, о радостях и бедах в ней, о том, чем занимался Андрей Петрович. Он очень красиво и умно всё описывал, и Наташа радовалась и огорчалась вместе с ним. И она отвечала ему таким же доверием.

Она делила все свои беды и радости с ним и была счастлива, что у неё есть такая замечательная «подруга». В трудные моменты её жизни, Андрей Петрович подбадривал Наташу, давал мудрые советы и всегда спрашивал, как его совет помог ей. Он всегда желал ей добра. Он своими чуткими письмами не просто помогал, он спасал Наташу от многих ошибок в жизни.
Однажды Наташу вызвали в краевое управление и предложили поехать на работу на север. Край большой, растянулся с юга до самого севера, почему бы ни поехать. Не долго думая, Наташа согласилась.
Надо было совсем немного проехать поездом, а потом лететь самолетом. Маршрут пролегал через город, в котором жил Андрей Петрович. Наташа заранее сообщила о своем приезде, а также о том, где её можно будет найти. И они встретились!
Это был всё тот же галантный интеллигентный человек. Только седины прибавилось, да взгляд его черных, как ночь, глаз был очень грустным. Они оба знали, что больше никогда не встретятся. Андрей Петрович смотрел на Наташу, и всё время повторял: - «почему я не молод? Ты так прекрасна, куда смотрят мужчины? Я обожаю тебя, обожаю с той, самой первой встречи, будь же счастлива, моя милая девочка».
С этого момента начался отсчет новой эры в их отношениях. Для Наташи это было новое место работы и жительства, а значит, новые события, люди и новые проблемы. Порой не всё складывалось удачно. И снова её письма с вопросами полетели к Андрею Петровичу. Он же продолжал отвечать ей, подбадривал, советовал и всячески поддерживал в трудные моменты. Его поддержка очень ей помогала там, где она была одна, где не было друзей и знакомых. Простые душевные слова со страниц его писем спасали её и помогали выживать в трудные минуты.
Как-то Наташа приехала к маме в отпуск и та спросила о переписке, и была очень удивлена, что её дочь так долго сохраняет прекрасные отношения с мужчиной, который ни на что не претендует, а пишет и пишет свои замечательные письма. Мама спросила о его семье и её отношении к такому знакомству. Что могла ответить молодая женщина. Эта переписка ни для кого не была тайной, она была открытой и дружественной, поэтому не вызывала раздоров в семье Андрея Петровича и ей никто не препятствовал. Наверно, всё это было очень странным, но это было именно так. Его письма были такие романтичные, что Наташа не могла их уничтожить, а потому хранила в отдельном пакете, как дорогой сувенир.
Каждое письмо или начиналось со стихов, или заканчивалось ими, или стихи были написаны отдельно. В одном письме были такие слова: - « Я женщину поднял на пьедестал, не шансонетку с острова Свободы, не плачущую рыжую вдову, а нежную, из ласковой породы, на пьедестал поставил лишь одну…».
Многие Наташины знакомые и друзья удивлялись столь долгому почтовому роману. Долгие годы хранила Наташа эти письма, как бесценный дар судьбы. Но время неумолимо, и её жизнь изменилась. В судьбу постучалась любовь.
Наташа задумалась о том, стоит ли дальше хранить эти письма, кто может их прочесть и как поймет их содержание. Наташин сын, который уже понимал многие вещи, не вникал в суть этих писем. Он знал, что мама радуется письмам, которые получает и пишет ночами ответ. Наташа приняла решение, которое считала самым правильным – она собрала все письма, открытки, телеграммы и все это увезла на свою маленькую дачу. Там, в один из вечеров она сидела и жгла по одному листочку то, что так помогало ей когда-то, вдохновляло и радовало. Слезы текли по её щекам, но жизнь поворачивалась уже другой стороной, и надо было начинать с чистого листа.
Наташа понимала, что уже никогда Андрей Петрович не поцелует её руки и не скажет, что она достойна счастья. Она помнила его слова, что золото не надо менять на девальвированную валюту!
Ей хотелось, чтобы хоть изредка, как крупицы золота, встречались женщинам такие мужчины, как Андрей Петрович. Чтобы каждая женщина была для мужчины бриллиантом -  среди груды развалин невредимом в огне!
Наташа сидела у огня и шептала: - ты желал мне счастья, и оно пришло, но я не могу подвергать эти письма, нашу память испытаниям.
Памятью о нежном и чистом романе остались только стихи:

Вечер теплый и тихий,
Снова пахнет весной.
Я иду по тропинке,
Под желтой луной.

Лунный диск обрамляет
Круг серебристый,
И друг друга мы знаем
По нашим лишь письмам.

Наш почтовый роман
Длится множество лет.
Это кажется странным -
Бережет он от бед!

Лунный диск до утра,
Перейдет небосклон,
И придет та пора –
Не зайдет почтальон.

В этом мире людском
Быстро катится жизнь.
И я вспомню – потом,
Строчки писем твоих.

Наш почтовый роман
Длится множество лет.
Это кажется странным -
Бережет он от бед!

1996г.

Я, наверно, цыганка…

Я, наверно, в душе цыганка:
Петь романсы любила, плясать,
И ходила я в длинных платьях,
Что когда-то мне шила мать.

Взяв гитару, с подругой вдвоем,
Пели с ней вечерами мы часто.
Эти песни слушал весь дом
И в хорошие дни и в ненастье.

Мы с подругой расстались давно,
И скучает гитара моя на стене,
Но не сыгран последний аккорд,
Пока песен так хочется мне!

1993г.

БРИЛЛИАНТ

Алмаза грани засветились
В них свет лучами заиграл.
Сложить мне песню захотелось
О жизни, счастье и стихах.

Играет чудным светом камень,
И сердце трепетно волнует
У всех у тех, кто это знает -
Какая сила в нем бунтует!

И я, как камень дорогой,
Блистая гранями при свете,
Вдруг нарушаю чей-то сон,
Но только недоступна - всем я!

Не лучше ль было мне когда,
Была окатышем речным,
Чтоб всякая могла рука
Поднять, забросить и забыть!

Но мысль сама собой угасла,
И в свете солнечного дня
Понятно стало мне и ясно-
Душа блестит в сиянии дня.

И мыслей этих хоровод
Уж не преследует меня,
Как ограненный камень тот,
Так я горю в лучах огня.

1997г.

Гадание 

  Моему мужу посвящаю

Я как-то в ночь под Рождество
Решила погадать.
Набросив шаль, надев пальто,
Пошла, ведро воды набрать.

Светили звезды в небесах
И только месяц не сиял.
Средь ночи я к колодцу шла
И страх меня терзал.

Крутила ворот я за ручку,
Тянув с глубин ведро,
Вода плескала тонкой струйкой,
Со звоном, падая на дно.

Не оборачиваясь, по поверью,
На то, что было за спиной,
Я быстро, закрывая двери,
Ведро поставила с водой.

Водицы, ночью принесенной,
В стакан с кольцом налив,
У зеркала с свечой зажженной,
Я села, косы распустив.

Сидела в комнате одна,
Со страхами борясь.
И только тени от огня
Сплетались в зеркалах.

И стало видеться мне вдруг
Широкая поляна –
На ней стоят деревья в круг
И там - мужчина ладный.

Я все прикрыла, торопясь,
Задула свечи и легла,
Молитву, тихо прочитав,
Уснуть я так и не смогла.

Свой путь заканчивал уж год
И новый праздник подходил,
Но вот однажды у ворот,
Столкнулась с милым я своим.

Когда поздравили друзья
И счастья пожелали,
Тогда и вспомнила вновь я
Про тайное гадание.

Ту ночь под праздник Рождества,
Загадочных теней мельканье,
И как тряслась от страха я
И рябь воды в стакане.

Я изумилась, вспомнив это.
Так значит, есть глубокий смысл,
В гаданье тайном – до рассвета,
Судьбы связующая нить.

1990г.

Картина детства

На кухне стол, на нем рушник,
Стоит горшок с топленым молоком,
Под чистою салфеткой хлеб лежит,
Ещё горячий, только испечен.

Вот чистый двор, в углу его,
Ютится чистенькая банька,
Курится из трубы дымок,
И воду носит из колодца мамка.

Вот улица, на ней дома,
Живут своей размеренною жизнью,
Что палисадник, то скамья,
Собачий лай и детский визг.

А вот мосток, на нем отец
Стоит с метлой в руке,
И смотрит на него сосед,
Придя домой навеселе.

Картину эту много раз
В уме своем я рисовала
И потому, в своих стихах,
Для вас так точно описала.

12.2007г.

Я могу на тебя колдовать

Из кувшинок я пью лунный свет…
Ты спешишь, мой красавчик, домой!
Где ж бродил целых тысячу лет?
Задаю я вопрос тебе свой.

Моих длинных волос паутина
Пусть опутает ноги твои,
Чтобы ты никогда, мой любимый,
Не покинул пенаты мои!

Я тебя так любила, а ты,
Обещался женою назвать.
Потихоньку сбежал и забыл,
Что могу на тебя колдовать.

О! Как сладко же ты засыпаешь,
И румянит вечерний закат
Твои щеки и губы, а знаешь,
От меня не сбежишь ты назад!

2008г.

Зимняя грусть

Наконец-то снег улегся,
Словно простынь, на постель.
Под ногами с хрустом мнется:
Стало чище и теплей.

Ночью высветились звезды,
Рожки месяц показал.
У подъезда, на морозце
Сын девчонку целовал.

Было слышно – кто смеется,
Их негромкий разговор –
Прямо в сердце отдается
Этой юности задор!

Утром снег искриться будет
И хрустеть под сапогами,
И сынишка знать не будет,
Почему грустится маме.

11.1994г

Выпускной бал

Конец июня, выпускной
Веселый школьный бал.
Глазами, встретившись со мной,
На вальс меня ты звал.

Как бился ветер по щекам,
Кружилось все кругом,
И на плече моя рука
О, как летели мы вдвоем!

Кружилось лето все в цветах,
И в каплях утренней росы,
И где-то там, на небесах
Нам пели гимн любви!

Ах, сколько было этих лет
И сколько было весен!
Но почему теперь их нет?
У ангелов мы спросим.

       03.03.08г.

Я – атом планеты

Я летаю во сне,
Я летаю всегда,
Кружит ли снег,
Или всюду вода.

Среди россыпи звезд,
И тумана в ночи,
Как кометы я хвост.
Мои руки – лучи.

И вся я - из света,
И вся - из эфира,
Я – атом планеты
Из тонкого мира!

 12.2007г.

К МАМЕ

Снег идет и идет за окном,
Словно сказка вошла в тишину
И окутала маленький дом,
Что стоит на крутом берегу.

Вьюга что-то скулит за дверями,
Разукрасит ли окна мороз,
Я пишу тебе письма ночами,
Пока спит в колыбельке сынок.

Здесь на зорьке дымятся вулканы,
Будто печи в Сибири у нас,
Воздух чистый, волнующе- пьяный,
Но частенько трясется земля.

Допишу я письмо, дорогая,
И отправлю его поутру.
Моя милая мама, я знаю –
Далеко от тебя я живу!

Не грусти, не скучай и не плач.
Снег растает и станет тепло,
И ты будешь нас снова встречать,
А пока – все вокруг замело!

Замело и засыпало дом,
Что стоит у Авачи реки,
Где живу я с сыночком вдвоем
И читаю письма твои.

1980г.

Шутка про папу