Елизавета Власова

После смерти

(отрывок из романа)

Корина увидела Алессандру в гостиной.

- Здравствуй!

Сказала она, ей входя в комнату. Сестра посмотрела на нее, обернувшись, через плечо.

- Здравствуй!

Корина спросила ее:

- Как твои дела? Как муж? Сын?

Алессандра посмотрела на нее, так словно ее вопрос удивил ее или стал для нее неожиданностью.

- Хорошо! Нейт и Джеймс – тоже. А ты как? Ты не помирилась с Флавио?

Она сказала ей:

- Нет. Этого не произойдет, если ты спрашиваешь о том, намерена ли я мириться с ним. Не намерена.

Сестра посмотрела на нее задумчиво.

- Почему? Из-за Алваро? Но ведь он женат или почти женат?

Корина почувствовала, что ей не приятен этот разговор и меньше всего ей бы хотелось говорить об этом с Алессандрой, которая ни когда не понимала ее.

- Алваро свободен!

Сестра усмехнулась, красивая женщина, однако напоминавшая ей завистливую и злую мачеху из сказки о Белоснежке.

- Да? Странно!

Она напряглась.

- Что?

Алессандра пожала плечами.

- Элена готовится к свадьбе... разве ты не знала?

Корина сказала ей:

- Нет.

Сестра посмотрела на нее насмешливо с иронией.

- Ты всегда была наивной.

Она почувствовала гнев.

- Быть наивной означает для тебя быть честной? Быть... порядочной? Быть искренней?

Алессандра рассмеялась, и странным было то, что в этом смехе звучало недовольство, собой?

- Неужели ты думаешь, что Алваро воспринимает тебя всерьез?

- Я знаю.

Корина  сказала ей это очень спокойно, и сестра посмотрела на нее по-другому. Так словно ни когда не видела в ней женщину, женщину способную стать королевой сердца.

Она сказала Алессандре:

- Тебе не понять меня. Нас.

Сестра посмотрела на нее и засмеялась.

- Это...

Корина перебила ее.

- Что?

Ей захотелось ударить ее.

- Страсть.

Алессандра посмотрела на стол, на котором стояла ваза со свежим букетом диких роз. Розы были чудовищами, но их отец любил их.

Она проследила за взглядом сестры, обращенным на розы.

- У человека должна быть страсть.

Алессандра усмехнулась, так... горько, что это поражало.

- Знаю. Так говорит наш отец. Но, не у всех получается... не бояться, своей страсти...

Корина посмотрела на нее и удивилась, оказалось, что Алессандра другая, не такая, какой кажется, не такая... решительная?

- Я не боюсь...

Сестра посмотрела на нее.

- Ты ни когда не боялась, и Он любил тебя за это... все его боялись, а ты – нет, ни когда!

Корина смутилась.

- О чем ты говоришь?

Алессандра вновь посмотрела на розы. На их толстые не красивые ножки и безупречной формы головки...

- О Нем.

Она не поняла ее.

- Почему я должна была бояться его?

Сестра сказала, и ее голос прозвучал горько.

- В этом вся ты!

Корина вновь не поняла ее.

- Что ты хочешь мне сказать? Что ты боялась? Не только ты, но и твои подружки дурочки?

Алессандра посмотрела на нее.

- Они действительно были дурочками!

Что-то было в ее взгляде.

- Но?

Спросила ее она.

- Ходили слухи!

Корина растерялась.

- «Слухи»!? О чем?!

Алессандра посмотрела на нее, так как не смотрела ни когда, словно вдруг пожалела ее.

- О его родителях, о нем...

Она смутилась.

- Я не понимаю!

Сестра сглотнула, так, словно испугалась.

- Люди говорили что Сван и Леда обманули всех!

Корина поняла ее страх.

- Это не имеет значения!

Алессандра посмотрела на нее, так, словно не могла понять, как такое может ни чего не значить.

- Почему?!

Она сказала:

- Я люблю его! Люблю. И даже если это правда... мне все равно. Это не его грех, а их и только их, и не нам осуждать их. Мы ни чего не знаем. Мы не знаем их. Вернее то, что я знаю, о них дает мне повод уважать их и их выбор... я помню фильм, ты могла смотреть его, «Выбор Софи». Это не просто фильм о женщине, лишившейся родных во время фашистской эпохи. Это фильм о человеке, который постоянно делает выбор. Он вынужден делать выбор. Всегда. Богом так предопределено, Богом, Который дал человеку безграничную свободу выбора. Софи выбирает между своей жизнью и жизнью отца. Она выбирает между евреями и соплеменниками, между молчанием и криком, между мужем и любовником. Она выбирает между сыном и дочерью. Между правдой и ложью. Она выбирает между одним мужчиной и другим… Выбор она делает всегда, всю жизнь. Об этом фильм.  О том, что можно выбрать не то и к чему это приведет в итоге… Жизнь Софи и сумасшедшего, как выясняется, человека — это жесткая ирония. Она, всю жизнь, выбирающая и он, не могущий выбрать, потому что болен… Я не могу осуждать. У меня нет на это права. Я могу осуждать только себя, так, как я делала это всегда, потому что я упустила свой шанс...

Сестра вновь посмотрела на нее, но уже потемневшими от горя глазами.

- Ты не упустила его! Ведь Он с тобой... здесь. Что тебе нужно еще? Что нужно еще для того, чтобы воспользоваться своим шансом!

Корина задумалась над словами Алессандры.

- Что нужно!? Знать. Знать что это правильно. Что так будет правильно. Знать, что совесть позволяет это...

- Что?

Она сказала:

- Желание. Желание быть с ним. Потому что любить, возможно, только с чистой совестью, с добрым сердцем.

Сестра спросила ее:

- А если этого нет? Ни чистой совести, ни доброго сердца, что делать тогда? Не любить?

Корина кивнула.

- Да. Так будет лучше. Потому что все можно разрушить. Жизнь. Чью-то жизнь. Другую жизнь.

Алессандра посмотрела на нее.

- Он не рассказал тебе?

Она встретила ее взгляд и посмотрела на ее лицо, вдруг ставшее другим, постаревшее.

- О чем?

Сестра посмотрела на нее с болью, и эта  была странная боль, боль от не высказанных слов, от не возможности сказать их.

- Он приезжал...

Корина не поняла, ей показалось, что ее жизнь перевернулась, как переворачивается жизнь нищего вдруг ставшего богатым.

- Кто?

Алессандра посмотрела на нее, так, словно поняла ее, и ее чувства.

- Алваро.

Она спросила со страшной растерянностью, с бледнеющим лицом:

- Когда?

Сестра краснела, до слез.

- Через 4 года после того как ты уехала в Нью-Йорк... он приехал... в форме, в военной форме, и я поняла что Алваро все еще служит в ВВС.

Корине спросила:

- Что ты сказала ему?

Алессандра заплакала.

- Что ты забыла его!

Она ударила ее с такой силой, какую не ожидала от себя, с яростью, с яростью, которая в мгновение лишила ее сил... сил жить.

Сестра смотрела на нее покрасневшими от слез глазами.

- Когда мы были маленькими девочками, я любила сказки, о принцессах и принцах, а ты, ты любила только одну сказку, о Мерри и Холоде. О девушке, которую полюбил король, король зимы... ты помнишь?!

Корина посмотрела на нее.

- Да.

Алессандра встретила ее взгляд со смятением.

- А ты помнишь, каким Он был? Король? У него были холодные руки, и ледяные губы, потому что у него не было сердца. Зима родила его в тоске... и он был обречен жить в тоске. И он жил в тоске до тех пор, пока однажды не увидел среди людей Мерри. Ты помнишь  тот момент, когда их глаза встречаются? Он понимает что она – Лето. А она... она знает кто он, так, словно она знала его и вот узнала, как знакомца, как человека с которым, встречаясь на улице, здороваешься. Сын зимы... и человеческая дочь. Их тянет друг к  другу, и это притяжение заставляет ее искать его, искать встреч с ним... там, где сама природа скрывает его от глаз человека и от его жестокости. Однажды он выходит к ней... печальный король. Они больше не могут жить друг без друга... Она знает что умрет. И он знает, что она умрет... от его поцелуя, от прикосновения его рук. Но, это не имеет значения. Ни что не имеет значения... кроме их любви. Кроме Вечности длинной в миг. Он даже не спрашивает себя, бывает ли так... что смерть не имеет значения, а жизнь тяготит. Жизнь без любви. Без ее тепла. Без ее радостей и грусти.

Она спросила:

- Что? Что ты хочешь сказать мне?!

Сестра ответила ей:

- Ее мать искала ее! Долго, так долго, что в этом поиске прошла ее человеческая жизнь. И она нашла ее. Мерри вышла к ней, опираясь на руку своего молодого короля, юная королева... и, не узнала ее. Дочь забыла мать... Она забыла всех, кто когда-то любил ее, и те, кто любили ее состарились, но не забыли ее... Мерри спросила своего короля, - Кто это? – И король ответил ей, - Я позову метель, и может быть, она скажет нам, о том кто она была!?

Корина посмотрела на нее в смятении.

- Чего ты хочешь?!

Алессандра сказала ей:

- Чего хочу? Откажи... ему.

Она усмехнулась.

- «Отказать»!? Неужели ты думаешь, что это так просто!? Отказать мужчине, который ждет меня этой ночью! Мужчине, который любит меня! Мужчине, которому я нужна! Мужчине, без которого я не хочу... ни чего. Ты понимаешь? Ты способна это понять?

Сестра задумалась.

- Да.

Алессандра вспомнила, как однажды встретила Алваро в Ла Скала, в обществе Элены, ни от кого не скрывающей факт того что она обожает его. Впрочем, он тоже был влюблен, и это бросалось в глаза.

Увидев ее, Алессандру, Алваро улыбнулся ей. Улыбнулся, так, словно ему хотелось схватить ее за горло и придушить. Словно только спустя годы он понял ее... ее зависть?

Корина села на диван. Красивая женщина. Женщина, которая еще ни когда не была так хороша как сейчас, а может Алессандра ни когда не замечала, или не хотела замечать ее красоту.

- Я устала!

- От чего?

Она усмехнулась и показалась сестре другой, другой женщиной. Не знакомой и странной.

- Ты не поймешь!

Корина сказала это ей, так словно и сама не понимала, и это было труднее всего жить, не понимая себя... жить как тореадор, готовясь к бою, каждую секунду своей неоцененной жизни, неоцененной, прежде всего тобой, а потом уже другими, жить, не зная своей жизни цену. Жить, не зная цену себе.

Алессандра посмотрела на нее и вспомнила об Алваро, о том, каким он приехал тогда, казалось ему тоже надо было увидеть ад и то, что в нем для того чтобы понять что жизнь... одна, и она не бесконечна, нет. Жизнь это – миг, миг который решает все, кому жить, а кому умереть, у кого будут дети, а у кого их не будет ни когда, потому что иногда слишком поздно и на руинах не строят, не строят, потому что там... кладбище.