Дмитрий Ольховик

Легенда о Чугунном Скороходе

            Слушайте же и мотайте себе на ус, а у кого усов нет – на уши, потом перемотаете.

            Давно это было, ещё когда Земля была молодая и глупая, а динозавры кое-где попадались. Стоял среди лесов и болот Град Стольный Кукуево, центр Тарантасного Союза. Главное украшение города – Безымянная Гора – привлекала разных туристов заморских своею красою. А свято место пусто не бывает. Обычно где краса, там же рядом и коза.

            И правда, на Безымянной Горе, в своём замке, сиднем сидел далеко не последний человек города. Содом и Гоморра (которых ещё в планах не было) не могли бы сравниться с этой грязной клоакой. Каждый день Царица тутошняя устраивала пир и наедалась, будто в последний раз. Устраивала она развратные оргии, где была главным действующим лицом. Но ей и того было мало…

Сцена первая

Тронная зала. На деревянном кресле сидит ЦАРИЦА. Рядом стоят ПИСЕЦ и СОВЕТНИК. Поодаль, у дубовых дверей стоят три бритоголовых  стражника в спортивных кафтанах и лаптекроссовках.

            ЦАРИЦА:

Скукотища-то какая!

Никак, пошла молва людская,

Что Царица померла?

Потому ко мне нейдут?

И гостинцев не несут?

            СОВЕТНИК (на суржике):

Царица-Матушка, отстань! Якбы моею дочерью була, я б знайшов на вас управу за такие, за слова!.. (в сторону шёпотом) Опять её переклинило стихами глаголить….

            ЦАРИЦА:

Эй! Помолчь-ка, старый пень!

Ты же дрыхнешь цельный день!

Коли тебе дорога голова,

То оставь себе эти слова!

Ты ещё за ворованную медовуху срок не отбыл!

Коли ты советник есть, то ты лучше посоветуй, как мне эту скуку счесть?..

            СОВЕТНИК:

Не знаю, Царица-Матушка. Вам обычно подобалось у окна сидеть да на вулицю глядеть, ворон считать да мужиков глазами провожать! Шось я заморився… (отвешивает поклон и садится в присутствии Царицы)

            ЦАРИЦА:

А чего это ты с Царицей не стихами глаголишь?!.. Да ладно, завсегда знала, что ты, Советник, с маразмом! Ни тебе советов, одни поклёпы да и только… Эх! (выпускает жезл из рук и цинично потягивается) Чем бы заняться мне? Али песенок послушать? Так песняров давеча на кол посадили… Давай, старичелло, развлекай меня!

Советник садится на лавку, берет семиструнные гусли с усилителем

            СОВЕТНИК (поёт):

Ой, ты гой еси Царица-Матушка!

Не лепо ль нам растечься мыслью по древу?

Вознесём же похвалы наши

Великой развратнице всех времён и народов!

            ЦАРИЦА (Писцу):

И ты пой, лягушачья харя! Иначе не видать тебе свету белого, коль не ублажишь меня!

            ПИСЕЦ (с ухмылкой поёт):

Яко же сидит Царица-Матушка на троне,

Тако и  лягушка на кочке восседает:

Не согнать! Не согнать!

Яко же сидит Царица-Матушка на троне,

Тако и свинья в помоях валяется:

Не согнать! Не согнать!

            ЦАРИЦА:

Сам сочинил или как?

            ПИСЕЦ:

Или как, гы-гы! (в сторону шепчет) Мне бы так с жиру побеситься…

            ЦАРИЦА (властно):

Продолжай, лягушка-сказочница!

Писец продолжает заливаться непонятным набором слов в честь своей госпожи. Царица довольно улыбается и получает эстетическое удовольствие. Бросает взгляд на песочные часы и подпрыгивает.

            ЦАРИЦА:

Наконец настал тот час,

Когда не надо слушать вас.

Прибудут сейчас звуки прекрасные:

Споём мы гимн Союза Тарантасного!

            ПИСЕЦ:

Категорически согласен!

            СОВЕТНИК:

Присоединяюсь к предыдущему оратору.

            ЦАРИЦА:

Готова ль связь обратная?

Советник вынимает из-под лавки микрофон дикой наружности и с поклоном подносит Царице.

            СОВЕТНИК:

Народ готов, народ внимает.

Свою волю тебе подчиняет.

            ЦАРИЦА:

Да ты молодец, стихами ты глаголишь!

Эдак ты меня скоро перегонишь! (берёт микрофон)

Народ мой, здесь ли ты?!

От криков где-то слышно эхо громкоговорителей. Нарастает шум толпы. Советник выглядывает в окно.

            СОВЕТНИК (бормочет):

Уж собрались безмозглые созданья.

В их мозгах не существует пониманья… Тьфу, шо это я с собою стихами глаголю?

            ЦАРИЦА:

Прибудут сейчас звуки прекрасные:

Споём мы гимн Союза Тарантасного!

            ТОЛПА ЗА ОКНОМ:

Го-го-го!.. Споём же!.. Ура!..

            ЦАРИЦА:

Запевай!

            ТОЛПА ЗА ОКНОМ:

Боже, Царицу храни…

Славься, отечество

И его мудрейшая правительница…

Союз нерушимый княжеств свободных

Сплотила навеки великая Царица!

Да здравствует созданный волей Царицы

Единый могучий…

            ЦАРИЦА (подпевает):

…Союз Тарантас!!! (тупо смеётся и сама себе аплодирует растопыренными пальцами)

А чё, классный гимн я сочинила?

И навечно заучила!

            ТОЛПА ЗА ОКНОМ:

Славься, талант нашей Царицы! Не сыскать такого в Тарантасе, да и во всём мире.

Затемнение

Сцена вторая.

Улицы Града Стольного Кукуево. Широкий проспект ведёт вдаль. Впереди высочит замок Царицы-Матушки. Улицу запружает ТОЛПА, подпевающая ГОЛОСУ ЦАРИЦЫ. Немного в стороне стоят два ГОРОЖАНИНА.

            ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН:

То не громы громкие грянули, а то Царица самодурством занимается (смеётся).

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН:

Всё равно приходится бросать работу и мчаться сюда по её первому требованию. Иначе, её стражи меч – наши головы с плеч.

Подходит ЧЕЛОВЕК В ТЁМНЫХ ОЧКАХ с мешком на плече.

            ЧЕЛОВЕК (с интересом смотрит на поющую толпу):

А что здесь имеет место быть?

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН (оглядывается на него):

Что, нездешний, что ли? Ну-ну…

            ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН:

Как интересно! Турист! А это наша традиция городская – поём дуэтом с Царицей-Матушкой.

            ЧЕЛОВЕК:

Дуэтом? Это ж хор выходит!

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН:

Не скажи, не скажи… У нас народ – как одно лицо. Народ да Царица – дуэт колбасится.

            ЧЕЛОВЕК:

Вы её, наверное, любите?

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН (мрачно склоняется и шепчет):

Ненавидим и терпеть не можем…

            ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН:

Ладно тебе, Архип, называй вещи своими именами. Наша Царица-Матушка – самодур и сатрап, но… (поднимает указательный палец) В то же время на неё поглядеть едут туристы заморские…

            ЧЕЛОВЕК:

Она – ваша достопримечательность?

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН:

Именно! Она – наша корова дойная, но она же и ярмо наше…

            ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН:

Скажу по секрету – нам было бы легче без неё…

Человек задумчиво смотрит на замок Царицы. Очки его светятся, словно в них отражается солнце. Громкоговорители ревут всё громче.

            ГОЛОС ЦАРИЦЫ:

Чёрная телега… Чёрная телега…

            ТОЛПА (воздевает руки к замку):

Йоу! Йоу! Йоу!

            ПЕРВЫЙ И ВТОРОЙ ГОРОЖАНЕ:

А мы, Осип и Архип, так себе гуляем,

Никого не замечаем!

            ГОЛОС ЦАРИЦЫ:

Реальное Кукуево,

Реальные кукуевцы!

            ТОЛПА:

Йоу! Йоу! Йоу!

Многие в толпе нелепо и неумело танцуют брэйк-данс с таким видом, будто просто хотят выделиться своим идиотизмом.

            ПЕРВЫЙ И ВТОРОЙ ГОРОЖАНЕ:

Осип и Архип реальнее всех.

Мы всех реальных перереалим, перевыреалим

            ЧЕЛОВЕК:

Так вы здесь все рэперы, не так ли?

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН:

Так ли, так ли…

            ГОЛОС ЦАРИЦЫ:

Делай как я, делай-делай как я…

            ТОЛПА:

Йоу! Йоу! Йоу!

            ГОЛОС ЦАРИЦЫ:

Вы – народ-понты, народ-понты…

            ТОЛПА:

Ага-ага! Ага-ага!

            ЧЕЛОВЕК (задумчиво):

Странное и грязное место… И эти, с ушами… (вскрикивает) Решено!

            ПЕРВЫЙ И ВТОРОЙ ГОРОЖАНЕ:

Осип и Архип реальнее всех.

Мы всех реальных перереалим, перевыреалим.

Осип охрип, а Архип осип. Оба вопросительно глядят на человека. Тот поднимается на возвышение. Толпа волнуется вокруг него, пытается заглушить рэперскими выкриками.

            ЧЕЛОВЕК (решительно):

Требую аудиенции с вашей этой дурой-самодурой! И немедленно!

            ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН (хрипло и тихо):

Лучший способ попасть к ней на приём – это чем-нибудь разозлить её.

            ЧЕЛОВЕК:

И как же это сделать?.. Хотя, догадываюсь! Если она – такой любитель рэперских звуков, то разозлит её нормальная цивилизованная музыка. Итак, имеющий уши да услышит!..

Откуда-то нарастает дивная танцевальная музыка в стиле Рэйв. Небо быстро затягивает тучами, сверкают молнии. Человек стоит на возвышении, раскинув руки, и будто к чему-то готовится. Толпа немного затихает и удивлённо глядит на него.

            ГОЛОС ЦАРИЦЫ:

Народ мой, здесь ли ты?

            ТОЛПА (ошарашено):

Мы здесь, но переносимся куда-то…

Мы силой звука открываем разум…

Затемнение

Сцена третья

Тронная зала. Советник сосредоточенно выглядывает в окно. Царица беспокойно ёрзает на троне. Писец скучает на лавке. Стража расслабилась, курит и плюёт куда попало.

            ЦАРИЦА:

Так что же там, мой дорогой?

Доносятся звуки энергетической песни «Hello! Good to be back». Эта песня будет написана только в далёком будущем, поэтому все окружающие удивляются.

            СОВЕТНИК:

Волнение в толпе, моя Царица. Кого-то восхваляют, прославляют, но не вас!

            ЦАРИЦА:

Не меня?!

            СОВЕТНИК:

Народ не реагирует более на твои, Царица-Матушка, призывы. Там есть кто-то, кого люди видят. А тебя они давненько не видали…

            ЦАРИЦА:

Ах, эта чернь, эти пролетарии, которые даже стихами глаголить не умеют… А слушают каждого встречного… И кто же там привлёк вниманье?

            СОВЕТНИК:

Не дуже бачу, но какой-то мужик. Поёт! Народу это нравится больше, чем гимн!

            ЦАРИЦА (кричит):

Больше, чем гимн?!

Советник только руками разводит. Писец тем временем потягивается на лавке, от скуки бренчит на гуслях.

            ПИСЕЦ:

Вы, гы-гы, меня простите,

Но казнить не велите.

Мне думается, знаю, что это за один. Это шпион-диверсант заморский! Зовут его… Хотя его не зовут, а он сам приходит. Это Скороход Чугунный!

            ЦАРИЦА:

Тогда нам надо контрразведки…

            СОВЕТНИК (в сторону):

Началось… Дай дурню волю…

            ЦАРИЦА (в тревоге):

Надо что-нибудь противопоставить вражине и привлечь народ на свою сторону. Иначе эдак выйдет не Царица-Матушка, а уж Царь-Батюшка…

            ПИСЕЦ (ухмыляется):

Не угодно ль, Царица-Мать

Скорохода к нам позвать?

Гы-гы, петь он не мастак –

Видно, славный был дурак.

Однако, он умелец отличный

Играть на инструментах различных…

            СОВЕТНИК:

Гость заморский к нам приехал, противопоставляет себя вашему, Царица-Матушка, рэперскому таланту.

            ЦАРИЦА (вскакивает):

Эй-ка, стража! Гнать да гнать!

Скорохода мне достать!

Стражники срываются с места и выбегают в двери.

            ЦАРИЦА :

Ну, Писец, располагайся да зачинай свою басню о Скороходе. Что это за один?

            ПИСЕЦ:

Он вам не как-либо что, а что-либо как. Скороход – это не мелочь, это личность ого-го! А о Скороходе вы сами узнаете, когда его узреете, а ещё услышите! (в сторону) Хотя, скажу вам, это не «Шимпанзес», не «Контр-Страйк» и не «Ред Алерт 22», конечно.

            ЦАРИЦА (зевает с открытым ртом):

Скучна мне твоя басня. Наверное, и сам Скороход тупо скучен, как пробка, раз ты его так мне представил. Наверное, стихами глаголить и речитативить не умеет…

            ПИСЕЦ:

Что ты! Царица-Матушка! Я ж не сказочник, чтоб басни сочинять! Я умею лишь писать! И то не басни…(прислушивается)  Однако же, крадётся кто-то…

На лестнице слышен топот и звуки борьбы. Открываются двери и стражники кидают к ногам Царицы СКОРОХОДА – человека в тёмных очках.

            СОВЕТНИК:

Ба, знакомое созданье!

Остальные стражники вводят ОСИПА и АРХИПА.

            СТРАЖНИК:

А это, чисто, типа, помогали ему. Ну там, в натуре… Пели с ним, короче!

            ЦАРИЦА:

Завтра одного колесуем, другого на кол посадим. А пока пусть здесь побудут.

            ОСИП И АРХИП (хрипло и осипло):

Протестуем! В Тарантасном Союзе у людей есть права!

            ЦАРИЦА:

Единственное право человека в Тарантасе – это сидеть и молчать в тряпочку!

            СКОРОХОД:

Они не виноваты!.. Да и я не особо виноват…

            ЦАРИЦА (обращает на него внимание):

Ну-ка, что это за морда?

Это ты собрал полгорода!

Ты ли Скороход? Хо-хо, а мы хотели тебя противопоставить… тебе же! (тупо смеётся) А чё, круто было б глянуть на такое диво…

            СКОРОХОД:

Эй, ты, Царица! Что тут происходит? Уже начинающему исполнителю выступить на улице нельзя? Эти кретины (указывает на сопящих стражников) схватили меня, приволокли сюда – а знаете, как они со мной обошлись? Оно и видно, что у вас в Тарантасе не слыхали о правах человека…

            ЦАРИЦА:

Молчи, проклятый смерд!

Ты ещё и вопрошаешь?!

Да ты ещё не знаешь?!

Ты же народ у меня отобрал!

            СКОРОХОД:

Народу не нравятся те звуки, которые ты обычно издаёшь.

            ЦАРИЦА (от такой наглости раскрывает рот):

А… а… Народ любит и обожает меня! (хвататет микрофон) Народ мой, здесь ли ты? Любишь ли ты меня?!

Вместо ожидаемых возгласов восхищения слышится какое-то мычание. Толпа под окнами кричит «Фу-у-у», в окно влетает несколько гнилых помидоров и яиц. Пара овощей попадает в Писца, Советник уклоняется от яйца.

            ЦАРИЦА:

Не может быть!

            СКОРОХОД:

Бывает и не такое. Все хотят чего-нибудь нового. А кто не хочет нового – тот не человек, а рэпер позорный!

            ЦАРИЦА (ошарашено):

Кстати, что это за стёкла у тебя на глазах?

            СКОРОХОД (трогает тёмные очки):

Ах это? Тёмные очки, так сказать.

Очки светятся призрачным жёлто-синим светом. Советник подозрительно глядит на Скорохода. Писец в ужасе отпрыгивает, но сразу овладевает собой.

            ЦАРИЦА:

Ну и ну, чудеса ж бывают! Ну-ка, маэстра очкастая, грянь мне что-нибудь!

            ПИСЕЦ (Скороходу):

Тебе же, что в дудку дуть, что в бубен лупить – всё одно!

            СКОРОХОД:

Сейчас ты в бубен получишь! ( всем) Кто вам сказал, что я играю на дудке? У меня, между прочим, свой инструмент…

            ЦАРИЦА:

Я же требую играть,

А не языком чесать!

А не то, проклятый смерд, я тебя перевоплощу…

            СКОРОХОД:

Что это значит? Не оскорбляйте меня, пожалуйста…

            ЦАРИЦА:

Убью! Зарежу-перережу, на кол посажу и по ветру развею!

            СКОРОХОД:

Ясно, ясно, хорошо. Что вам грянуть? Рэйв, транс? Балеарские ритмы, хотя я их не уважаю… Может, предпочитаете хардкор?

            ПИСЕЦ:

Грянь-ка нам чего-нибудь этакого! (делает выражение лица, словно сказал что-то умное)

            СОВЕТНИК (твёрдо):

Чего-нибудь хорошего, о счастье…

            СКОРОХОД:

О! Вам очень повезло! У меня в репертуаре как раз есть песенка про Счастье…

            ЦАРИЦА:

Не песня мне нужна, а музыка… (в сторону) Желательно рэперская…

Скороход жестом успокаивает Царицу, достаёт из мешка диковинный музыкальный инструмент и начинает играть в стиле Рэйв.

            СКОРОХОД (поёт):

Счастья нет!

Его не может не есть!

Счастья нет!

Его не может не есть!

            ОСИП И АРХИП:

Счастья не было, нету,

И никогда не будет!

Советник и Писец помимо своей воли пускаются в пляс. Царица дёргается на троне, будто в конвульсиях. Стражники корчатся на полу.

            ЦАРИЦА (через силу прерывает Скорохода):

Стой! Хватит! Да, Писец был прав.

Ты и впрямь дурак!

Да и петь ты не мастак!

Это ж слыханное ли дело: о Счастье такие слова кидать!..

            СКОРОХОД:

Но Царица! Вы же сами попросили! Не знаю, не знаю, вы как хотите, но концерт окончен и актёрам с вас на чай полагается…

            ЦАРИЦА (в гневе вскакивает):

Ах он ещё и болтает!

За такую дерзость я

Перевоплощу тебя!

Короче, я судья над всем и вся! Мне отмщенье и аз воздам! За попытку государственного переворота и подстрекательство народных масс приговариваю тебя, Скороход ты этакий, к уничтожению страшному и стражному… Стража! По-мазохистски отрубить ему голову и сжечь, а потом по ветру развеять!

            СКОРОХОД:

Царица! Дрянь ты такая! Не возьмёшь! Тебе же хуже…

Царица отбирает у Скорохода тёмные очки, но его лица не видно – оно скрывается за длинными волосами. Стражники его хватают и утаскивают. Из-за дверей доносится тоном Терминатора: «I’ll be back». Остальные стражники грубо выпроваживают Осипа и Архипа, посыпая их пинками и побоями.

            ЦАРИЦА:

Ну и кадры, бывает, приезжают к нам. (поёт)

За морем житьё не худо,

А у нас такое чудо:

Тарантас, так держать!

            ПИСЕЦ:

Круче места не сыскать!

            ЦАРИЦА:

Скорохода победили

И народ освободили!

Тарантас, так держать!

            СОВЕТНИК:

Киберпанков убивать!

            ЦАРИЦА:

А как будут наезжать,

Отошлём их всех опять…

            ВСЕ ВМЕСТЕ:

Тарантас, так держать!

Никого к нам не пускать!

Все переводят дух.

            ЦАРИЦА (неприлично сопит и стонет):

Ну теперь пусть кто-нибудь к нам поткнётся из-за моря! Таких тумаков отвешаем – мало не покажется. И те, кто останутся живы, позавидуют посаженным на кол! (тупо смеётся) Вот, очки его тёмные себе взяла. Куда бы их пристроить? (пытается пристроить очки на задницу)

            СОВЕТНИК (выглядывает в окно):

То не туча чёрная налетела, а то затмение солнечное случилось. Гляди-ка!

Вокруг становится всё темнее и темнее. Все беспокойно озираются. Царица наоборот, бодра и весела.

            ЦАРИЦА:

Буду глядеть на диво дивное, на затмение солнечное… Именной телескоп мне!

Слышится общий гул толпы под окном. Вбегает СТРАЖНИК.

            СТРАЖНИК:

Царица-Матушка! В натуре, смерть идёт! Только хотели мы, типа, сорвать Скороходу башню, как он вдруг сгорел синим пламенем! Но мало того, не погас он, блин! Огонь сюда тусуется! Сваливай, кто может!..

Прямо в зале сверкает молния, гремит гром. Замок сотрясается до основания. Множественные голоса тянут мрачные готические песнопения

            ЦАРИЦА:

Непорядок, что творится? Я-а-а-а!..

Двери распахиваются под напором огня. В залу влетает огненный вихрь, в глубине которого из языков пламени складывается лицо в тёмных очках. Вихрь  подхватывает Царицу и выбрасывает в окно вперёд ногами, затем кидается на Писца, Советника, Стражу уничтожает с особой жестокостью… Народ тем временем распевает громче. Тьма сгущается всё больше. Затемнение.

Сцена четвёртая

Площадь перед замком Царицы. Толпа больше не поёт, а волнуется. Раздаются крики, панические возгласы. Вокруг царит полумрак. Прямо над замком зависло солнце, заслонённое чёрным диском. Затмение не заканчивается. Вбегают Осип и Архип – помятые, избитые.

            ТОЛПА (в ужасе):

Ах, что творится, что творится?

Мама миа, мама миа, мама миа…

            ОСИП (подхватывает):

Скороход!

            АРХИП:

Он нас освободил,

А Царицу… (делает драматическую паузу) …погубил!

Народ, услышав эту новость, взрывается криками. Пока непонятно, это крик радости или горя. Тем временем слышится грохот, треск. Замок охватывает пламя. Огонь ведёт себя как живой: бегает по каменным стенам, собирается в причудливые фигуры, взбирается на самую высокую башню. Там обретает очертания человеческой фигуры.

            ОСИП (указывая на фигуру):

А что я говорил? Это он, тот, кто сильнее всех на свете…

            ФИГУРА:

Силы уж не те, что раньше… В том смысле, что это иные силы!

            ТОЛПА:

Это же Скороход!.. Тот самый, что возражал Царице!.. А где Царица?.. Да где-то здесь валялась…

Огненная фигура превращается в Скорохода со своими неизменными чёрными очками. Теперь же он одет в чёрный кожаный плащ, в перчатки с открытыми пальцами. Где-то на фоне звучит всё та же музыка в стиле Рэйв.

            СКОРОХОД:

А теперь всем слушать сюда! Никакой Царицы не будет! Я теперь ваш бог и царь!

            ТОЛПА:

О! Вот дела!.. Опять власть меняется?..

            СКОРОХОД:

Я – Скороход Чугунный! Я – великий Хардкор Электронный! Я – пришелец с далёких звёзд! И пока я здесь, не бывать уж более злу!..

            АРХИП (Осипу):

Ага, так выходит, что он – добрый малый.

            ОСИП:

Ясное дело, ведь Царицу победил?

            СКОРОХОД:

Мои действия понятны только мне, но цели всем ясны – уничтожение зла. Внимание!

Скороход поднимает левую руку ладонью вверх – к пальцам из ниоткуда протягиваются синие молнии. Он указывает правой рукой на людей – из пальцев бьют красные молнии, касаются голов некоторых горожан. Те дрожат, словно их бьёт током.

            СКОРОХОД:

Соединение…

            ТОЛПА (будто в трансе):

Yes, Master…

Деревья на Безымянной Горе дрожат, будто их вырывают с корнем, и медленно накреняются в сторону дворца. Видно, как ветки отрываются от них, пролетают над башней и уносятся вверх – в центр тёмного диска на солнце.

            СКОРОХОД:

Ваша энергия – мне, а космическая энергия – вам!

            ТОЛПА:

Давай-давай! Джига-джига!

            АРХИП (радостно):

Теперь не будет зла, пока он здесь! И приезжать гости заморские будут не для гляденья на Царицу, а для гляденья на это новое чудо Тарантасного Союза!

Толпа начинает снова распевать мрачные песнопения. Горожане удивлённо переглядываются. Они поют помимо своей воли, но не могут остановиться. Тем временем замок Царицы начинает распадаться на куски, по кирпичикам улетая вверх к затмению. Ветки с деревьев уже не летают, потому что все оборвались. Песнопения нарастают всё громче.

            СКОРОХОД (тоном какого-нибудь супергероя):

Сила у меня! (заливается громогласным хохотом) Всё, что нужно, получил я! Злу уж не бывать здесь по крайней мере тысчонку-другую лет. А если появится снова – только позовите меня путём распевания этих песнопений, что я научил вас!

            ОСИП (преодолевая силу, заставляющую его петь):

Он научил нас своим божественным молитвам для призывания!

Звучит какой-то странный звук, похожий на искажённый крик. Скороход превращается в огонь и срывается вверх. Туда же устремляется вся башня, словно кирпичная ракета. Тёмный диск быстро сползает с солнца, кругом становится всё светлее. От замка остались развалины. Деревья на горе торчат, будто обугленные спички. Люди перестают петь. Некоторые падают на колени, хватаются за головы, умоляют Скорохода вернуться.

            ГОРОЖАНИН:

Он же говорил, что зла не будет, пока он здесь! Теперь его здесь нет и зло вернётся!

            ТОЛПА:

О, горе нам, бедным людям!..

Затемнение.